• 27 марта - Международный день театра. Газета "Петербургский район" подготовила по этому случаю интервью с жительницей Приморского района Наталией Кузнецовой. Наталия Евгеньевна в БДТ  заведует гримерным цехом. Гримерный цех театра - особое место, где совершается волшебство превращения актёра в героя постановки. Несмотря на карантин, она готовится к будущим премьерам.

    - Наталия, расскажите, как вы пришли в гримерный цех?

    - Мой отец после войны окончил театральную студию и работал в БДТ актером. К сожалению, его рано не стало. Когда я окончила школу-восьмилетку, пора было определяться, что делать дальше. Мамины знакомые посоветовали ей отдать меня в гримерный цех ученицей. Как любая девочка, я мечтала быть артисткой. Но, пару лет поработав в гримерке, передумала. И уже 53 года гримирую актеров.

    - Кого вам больше нравится готовить к спектаклю - героев или злодеев?

    - Положительным персонажам чуть глаза подвести, немного тона положить - и вперед, на подвиги. А вот характерный грим это уже творчество. Образ персонажа продумывают режиссер и художник, а нам надо придумать, как это воплотить - какой парик, какую бородку и нос сделать. Иногда роль и внешность артиста противоречат друг другу. Когда Кирилла Лаврова назначили играть злодейского персонажа у Шиллера, мы думали, что проще другого актера взять: такой обаятельный человек, и вдруг злодей. А у него нос был чуть вздернутый, жизнерадостный такой. Мы наклеили ему совершенно прямой нос из латекса, он чуть ли не от середины лба шел. И профиль моментально поменялся - строгий очень стал, суровый.

    - А вдруг нос отклеится?

    - Всякое бывало. Помню, шел “Идиот” с Иннокентием Смоктуновским. У его князя Мышкина были небольшие усики и сложнейшее переодевание прямо на сцене. Мне надо было в процессе проверить, хорошо ли держатся усы. Если плохо, то нужно лаком чуть тронуть и прижать к лицу салфеткой. Итак, финальная сцена первого акта, стремительно идет переодевание, смотрю - отклеились. Я прижала покрепче, а Смоктуновский вдруг повернул голову! И тут же умчал. В антракт захожу в гримерку, а у него усы куда-то на щеки уползли. И они с костюмером надо мной хохочут. Хотя Смоктуновский был актер серьезный и редко себе такое позволял.

    - Что делают в гримерном цехе, кроме бород?

    - Мы делаем шрамы, ожоги, почти на каждом спектакле пускаем кровь. Когда ставили “Макбета”, в гримерке кровь тазиками стояла - там постоянно кого-то убивают. Есть разная искусственная кровь, но для “Макбета” мы разводили в воде гуашь. У нас постоянная борьба с костюмерами: им надо потом все костюмы отстирать. А гуашь - единственная краска, которая легко отстирывается.

    - Что необходимо хорошему гримеру?

    - Постоянно развивать художественный вкус. Рисовать уметь не обязательно - мы ближе к скульпторам, чем к художникам. А вот парикмахерское дело знать нужно - чтобы уметь стричь и причесывать парики. Когда в цех приходят новые работники, в приоритете у меня те, кто окончил парикмахерское училище. Важно уметь взаимодействовать с актерами. Еще в гримерке можно сказать, будет человек хорошим артистом или нет. Бывает, загримировал, смотришь - грим отдельно, а человек отдельно. Он ни в грим, ни в роль не вошел. А есть артисты, которым сделаешь грим черепа - и вот уже перед тобой сидит натуральный Кощей.

    - За что вы любите Приморский район?

    - Приморский район – мой дом. Я жила здесь, когда он был ещё Ждановским. Мы всё детство проводили в районе Комендантского аэродрома – там, где сейчас улица Хрулёва, стояли самолёты. Мы переходили вброд Черную речку и собирались там. Один мальчишка, помню, даже военный шлем откопал. А рядом были поля, куда мы ходили собирать морковку. Можно сказать, вся жизнь связана с аэродромом.


    Текст: Новости Приморского района Санкт-Петербурга
    Фото: Новости Приморского района Санкт-Петербурга
    Разделы: О районе
30 1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31 1 2 3